Черный правитель под властью его королевского величества
Книги / Африка грёз и действительности (Том 2) / ЧЕРЕЗ ЗАПАДНУЮ УГАНДУ К ПИГМЕЯМ КОНГО / Черный правитель под властью его королевского величества
Страница 1

Проехав от Форт-Портала полчаса по узкой дороге, вьющейся, как змея, среди банановых деревьев, мы свернули на широкую тропу, ведущую к восточным склонам Лунных гор. Еще километр, а затем мы оставляем машину и, захватив с собой камеры, направляемся в деревни негров-земледельцев племени баторо. Снова перед нами удивительный облик Уганды, далекой от цивилизации, далекой от больших дорог. Свыше часа мы пробирались сетью тропинок, затененных широкими банановыми листьями. Только на мгновения перед нами открывались поля топинамбура, а затем мы снова попадали в зеленую полутьму. То тут, то там из сплетения зеленых ветвей выглянет голова негра, покажется стройная женщина с тыквой на голове или несколько голых детишек перебегут через дорогу. И каждый раз до нас доносились непонятные слова, в которых звучали страх и удивление.

Наконец мы очутились на небольшой возвышенности у подножия гор перед четырехугольным глинобитным зданием муамба. Равнина перед нами покрыта свежей зеленью полей и лесов. Между ними рассеяны коричневые шляпки нескольких круглых соломенных хижин — клелеи. Издалека доносился правильный, ритмичный звук барабанов, к которому присоединялись грубые мужские голоса. Навстречу нам из муамбы вышел старый седовласый вождь жителей расположенных в долине деревень. Женщины с привязанными за спиной младенцами испуганно убегают и скрываются в домах. Короткое объяснение и обмен традиционными формулами вежливости с вождем, после чего женщины возвращаются и посмеиваются, прикрываясь ладонью. При каждом их движении звенят тяжелые металлические кольца на руках, ногах, на шее и в ушах. Вокруг бедер у них жесткие кожаные юбочки. Живот разукрашен богатым орнаментом из мелких выпуклых шрамов.

Несколько снимков — и мы спускаемся с холмика в густую тень бананов. Приближаются звуки барабанов. Перед нами возникает высокая четырехугольная ограда, сплетенная из желтого камыша и бамбукового тростника. Через узкую щель мы осторожно наблюдаем за тем, что происходит внутри ограды. Там перед соломенной хижиной уселась группа мужчин. Двое впереди ударяют пальцами по грубо выделанной слоновой коже, натянутой на полый обрубок дерева при помощи тоненьких ремешков. Такой большой барабан называется нгома-нкото. Маленький называется нгома-нтаито. Босые ноги полуобнаженных женщин тяжело и неровно переступают на утоптанной земле, в ритме танца покачиваются их лоснящиеся тела.

Наш приход на время прерывает танец, но потом снова раздается тяжелый, волнующий ритм нгомы. Пляска ускоряется, но, кажется, ни шум, ни конвульсивные движения пляшущих женщин не нарушают покоя младенцев, спящих за спинами матерей. Голые их головки беспомощно болтаются над краями мешковины, которой они подвязаны.

Племя баторо живет у подножия Лунных гор в своих круглых самбах и клелеях, далекое от всего, что творится в мире. Если повезет, и вождь пригласит вас к себе, то можно заглянуть на миг в их мир, осмотреть их просторные хижины, сфотографировать мужчин, измельчающих топинамбуры и сушеные бананы на муку мхого, для чего они пользуются тяжелыми дубинками, познакомиться с домашней жизнью угандских крестьян.

Когда мы получили от окружного комиссара разрешение посетить негритянского «короля» Западной Уганды, он сказал нам:

— Не думайте, что увидите раскрашенного негра, закутанного в шкуры. Омукама[54] — цивилизованный и прогрессивный правитель. Не удивляйтесь его английскому языку.

— Как вас понять? — попытались мы получить более точный ответ.

— Увидите сами, — и окружной комиссар проводил нас таинственной улыбкой. — Омукама ждет вас в своей резиденции в 3 часа дня.

Высокий человек лет 40, несколько тяжеловатый, одетый по-европейски, встречает нас на пороге дома, напоминающего деревенскую дачу отставного чиновника лесного ведомства. До начала беседы успеваем осмотреться в помещении. На стенах развешаны потускневшие картины и пожелтевшие фотографии вождей в торжественных одеяниях при всех символических регалиях королевского достоинства. Телефон на письменном столе составляет довольно резкий контраст с этими фотографиями, так же как и книга посетителей на столе.

Повидимому, негритянский властелин Западной Уганды угадал наши мысли, увидев как после непродолжительного молчания мы взглянули на его перевязанную правую руку.

— Это у меня с тех пор, как я играл в футбол, — говорит он, как будто желая объяснить, почему при встрече подал нам левую руку.

Содержание завязавшейся потом беседы, несомненно, выходило за рамки представлений, с которыми мы вступали в резиденцию омукамы Рукиди. После первых приветствий разговор принял характер безобидной технической дискуссии об автомобилях последних марок. Рукиди — страстный автомобилист.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Мордовник
Мордо́вник (лат. Echínops) — род многолетних, реже одно-двулетних, травянистых растений семейства Астровые, или Сложноцветные (Asteraceae), высотой до 2 метров. По данным Germplas ...

ЭТОТ ЧЕЛОВЕК ПОХОРОНИЛ ИХ
Дорожные карты Египта заканчиваются Луксором. Однако лишь немногие посетители древнеегипетских памятников отваживаются проделать на машине путь от Нильской дельты до Верхнего Египта. Почти все ту ...

ЗАТЕРЯННЫЙ ГОРОД ФАРИНИ
Затерянный в песках Калахари город – самая романтическая и загадочная легенда Южной Африки. Она живет уже сто двадцать лет и будоражит умы искателей сокровищ и ученых. О городе Фарини написаны дес ...

 


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.africaway.ru